Неточные совпадения
Ну-с, приступим теперь к Соединенным
Американским Штатам, как это в гимназии у нас называли.
Американские правительства приняли свободу печатания между первейшими законоположениями, вольность гражданскую утверждающими.
Представляя, что она рвет с дерева какие-то
американские фрукты, Любочка сорвала на одном листке огромной величины червяка, с ужасом бросила его на землю, подняла руки кверху и отскочила, как будто боясь, чтобы из него не брызнуло чего-нибудь. Игра прекратилась: мы все, головами вместе, припали к земле — смотреть эту редкость.
В конце февраля случилось, что новорожденная дочь Анны, названная тоже Анной, заболела. Алексей Александрович был утром в детской и, распорядившись послать за докторов, поехал в министерство. Окончив свои дела, он вернулся домой в четвертом часу. Войдя в переднюю, он увидал красавца лакея в галунах и медвежьей пелеринке, державшего белую ротонду из
американской собаки.
«Да, да, как это было? — думал он, вспоминая сон. — Да, как это было? Да! Алабин давал обед в Дармштадте; нет, не в Дармштадте, а что-то
американское. Да, но там Дармштадт был в Америке. Да, Алабин давал обед на стеклянных столах, да, — и столы пели: Il mio tesoro, [Мое сокровище,] и не Il mio tesoro, a что-то лучше, и какие-то маленькие графинчики, и они же женщины», вспоминал он.
—
Американские приемы, — сказал Свияжский улыбаясь.
На его счастье, в это самое тяжелое для него по причине неудачи его книги время, на смену вопросов иноверцев,
Американских друзей, самарского голода, выставки, спиритизма, стал Славянский вопрос, прежде только тлевшийся в обществе, и Сергей Иванович, и прежде бывший одним из возбудителей этого вопроса, весь отдался ему.
Я сама имением управляю, и, представьте, у меня староста Ерофей — удивительный тип, точно Патфайндер [Патфайндер (следопыт) — герой романов «Кожаный чулок», «Следопыт», «Прерия», «Последний из могикан»
американского писателя Джеймса Фенимора Купера (1789–1851).]
[Эммерсон Рольф Уолдо (1803–1882) —
американский писатель и философ-идеалист.]
Из палисадника красивого одноэтажного дома вышла толстая, важная дама, а за нею — высокий юноша, весь в новом, от панамы на голове до рыжих
американских ботинок, держа под мышкой тросточку и натягивая на правую руку желтую перчатку; он был немножко смешной, но — счастливый и, видимо, сконфуженный счастьем.
— Деньги — люблю, а считать — не люблю, даже противно, — сердито сказала она. — Мне бы
американской миллионершей быть, они, вероятно, денег не считают. Захарий у меня тоже не мастер этого дела. Придется взять какого-нибудь приказчика, старичка.
А он вот хочет деревню отрубами раскрошить, полагая, что создаст на русских-то полях
американских фермеров, а создать он может токмо миллионы нищих бунтарей, на производство фермеров у него как раз сельскохозяйственного инвентаря не хватит, даже если он половинку России французским банкирам заложил бы.
Бывшие на берегу офицеры с
американского судна сказывали, что они ожидали уже услышать ночью с нашего фрегата пушечные выстрелы, извещающие о критическом положении судна, а английский миссионер говорил, что он молился о нашем спасении.
Я неприметно дошел до дома
американского консула.
Между тем в Маниле, в английской или
американской газете, я видел рисунки домов и храмов в Едо, срисованных будто бы офицером с эскадры Перри, срисованных, забыли прибавить, с картинок Зибольда.
Мы не заметили, как северный, гнавший нас до Мадеры ветер слился с пассатом, и когда мы убедились, что этот ветер не случайность, а настоящий пассат и что мы уже его не потеряем, то адмирал решил остановиться на островах Зеленого Мыса, в пятистах верстах от африканского материка, и именно на о. С.-Яго, в Порто-Прайя, чтобы пополнить свежие припасы. Порт очень удобен для якорной стоянки. Здесь застали мы два
американские корвета да одну шкуну, отправляющиеся в Японию же, к эскадре коммодора Перри.
Я имел терпение осмотреть волей-неволей и все фокусы, например высиживание цыплят парами, неотпираемые
американские замки и т. п.
Это
американская шкуна; она, говорят, ходила к Южному полюсу, обогнула Горн.
В Шанхае ходит двух родов монета: испанские и
американские доллары и медная китайская монета.
Между прочим, я встретил целый ряд носильщиков: каждый нес по два больших ящика с чаем. Я следил за ними. Они шли от реки: там с лодок брали ящики и несли в купеческие домы, оставляя за собой дорожку чая, как у нас, таская кули, оставляют дорожку муки. Местный колорит! В амбарах ящики эти упаковываются окончательно, герметически, и идут на
американские клипперы или английские суда.
«Не видали, а видели капитана
американского корвета «Саратога»!» — «Саратога»!..»
Был уже седьмой час, когда я и Крюднер стали сбираться обедать к
американскому консулу.
Мили за три от Шанхая мы увидели целый флот купеческих трехмачтовых судов, которые теснились у обоих берегов Вусуна. Я насчитал до двадцати рядов, по девяти и десяти судов в каждом ряду. В иных местах стояли на якоре
американские так называемые клиппера, то есть большие, трехмачтовые суда, с острым носом и кормой, отличающиеся красотою и быстрым ходом.
Француженка, в виде украшения, прибавила к этим практическим сведениям, что в Маниле всего человек шесть французов да очень мало
американских и английских негоциантов, а то все испанцы; что они все спят да едят; что сама она католичка, но терпит и другие религии, даже лютеранскую, и что хотела бы очень побывать в испанских монастырях, но туда женщин не пускают, — и при этом вздохнула из глубины души.
Между тем судно подняло
американский флаг; но мы не поверили, потому что слышали, как англичане в это время отличались под чужими флагами в разных морях.
Китайское море. — Шквалы. — Выход в Тихий океан. — Ураган. — Штили и жары. — Остров Пиль, порт Ллойд. — Корвет «Оливуца» и транспорт
Американской компании «Князь Меншиков». — Курьеры из России. — Поселенцы. — Прогулка, обед и вечер на берегу.
Мы пришли в самую пору, то есть последние. В гостиной собралось человек восемь. Кроме нас четверых или пятерых тут были командиры английских и
американских судов и еще какие-то негоцианты да молодые люди, служащие в конторе Каннингама, тоже будущие негоцианты.
Это не город, не село, не посад, а фактория
Американской компании.
«Где же страшный, почти неодолимый путь?» — спрашиваете вы себя, проехавши тысячу двести верст: везде станции, лошади, в некоторых пунктах, как, например, на реке Мае, найдете свежее мясо, дичь, а молоко и овощи, то есть капусту, морковь и т. п., везде; у агентов
Американской компании чай и сахар.
Мы быстро двигались вперед мимо знакомых уже прекрасных бухт, холмов, скал, лесков. Я занялся тем же, чем и в первый раз, то есть мысленно уставлял все эти пригорки и рощи храмами, дачами, беседками и статуями, а воды залива — пароходами и чащей мачт; берега населял европейцами: мне уж виделись дорожки парка, скачущие амазонки; а ближе к городу снились фактории, русская,
американская, английская…
Впрочем, если заговоришь вот хоть с этим
американским кэптеном, в синей куртке, который наступает на вас с сжатыми кулаками, с стиснутыми зубами и с зверским взглядом своих глаз, цвета морской воды, он сейчас разожмет кулаки и начнет говорить, разумеется, о том, откуда идет, куда, чем торгует, что выгоднее, привозить или вывозить и т. п.
В Австралии есть кареты и коляски; китайцы начали носить ирландское полотно; в Ост-Индии говорят все по-английски;
американские дикари из леса порываются в Париж и в Лондон, просятся в университет; в Африке черные начинают стыдиться своего цвета лица и понемногу привыкают носить белые перчатки.
Она принадлежит Старджису, представителю в настоящее время
американского дома Russel и C˚ в Маниле, еще Мегфору, который нас возил, и вдове его брата.
Этот порт открыт только с S, и ветер с этой стороны разводит крупное волнение.
Американская компания имеет здесь склады иностранных товаров, привозимых ее судами, и снабжает иностранные суда разными потребностями: деревом, якорями, морскими картами, сухарями, холстом и т. п.
«Седло купите здесь, у
Американской компании, черкесское: оно и мягко, и широко…» — «Эй, поезжайте в качке…» — «Нет, верхом: спасибо скажете…» — «Не слушайте их…» — «В качке на Джукджур не подниметесь…»
Американский замок, о котором я упомянул, — это такой замок, который так запирается, что и сам хозяин подчас не отопрет.
На другой день мы отправились на берег с визитами, сначала к
американским офицерам, которые заняли для себя и для матросов — не знаю как, посредством ли покупки или просто «покровительства», — препорядочный домик и большой огород с сладким картофелем, таро, горохом и табаком.
Шкуна стояла уже там и еще китолов
американский.
Потом все европейские консулы, и
американский тоже, дали знать Таутаю, чтоб он снял свой лагерь и перенес на другую сторону. Теперь около осажденного города и европейского квартала все чисто. Но европейцы уже не считают себя в безопасности: они ходят не иначе как кучами и вооруженные. Купцы в своих конторах сидят за бюро, а подле лежит заряженный револьвер. Бог знает, чем это все кончится.
Я был «командирован для исправления должности секретаря при адмирале во время экспедиции к нашим
американским владениям»: так записано было у меня в формулярном списке.
Например, в Китае иностранцам позволено углубляться внутрь страны на такое расстояние, чтобы в один день можно было на лошади вернуться домой; а
американский консул в Шанхае выстроил себе дачу где-то в горах, миль за восемьдесят от моря.
Говорят,
американский коммодор Перри придет сюда с своей эскадрой помогать отыскивать их.
«На шкуне», — отвечал я в стену и в то же время с досадой подумал: «Чье это, английское или
американское удобство?» — и ногами опять приводил себя в прежнее положение.
Побольше остров называется Пиль, а порт, как я сказал, Ллойд. Острова Бонин-Cима стали известны с 1829 года. Из путешественников здесь были: Бичи, из наших капитан Литке и, кажется, недавно Вонлярлярский, кроме того, многие неизвестные свету англичане и американцы. Теперь сюда беспрестанно заходят китоловные суда разных наций, всего более
американские. Бонин-Cима по-китайски или по-японски значит Безлюдные острова.
На некоторых станциях, например в Айме и вообще там, где есть конторы
Американской компании, можно доставать говядину.
Автор в предисловии скромно называет записки материалами для будущей истории наших
американских колоний; но прочтя эти материалы, не пожелаешь никакой другой истории молодого и малоизвестного края.
Вино у Каннингама, разумеется, было прекрасное; ему привозили из Европы. Вообще же в продаже в этих местах, то есть в Сингапуре, Гонконге и Шанхае, вина никуда не годятся. Херес, мадера и портвейн сильно приправлены алкоголем, заглушающим нежный букет вин Пиренейского полуострова. Да их большею частью возят не оттуда, а с мыса Доброй Надежды. Шампанское идет из Америки и просто никуда не годится. Это
американское шампанское свирепствует на Сандвичевых островах и вот теперь проникло в Китай.
Не нужно напоминать вам имя архипастыря, который много лет подвизался на пользу подвластных нам
американских племен, обращая их в христианскую веру.
Тогда Раcific rail road [Тихоокеанская железная дорога — англ.] еще не было, чтобы пробраться через
американский материк домой, — и мне пришлось бы отдать себя на волю случайных обстоятельств, то есть оставаться там без цели, праздным и лишним лицом.